Эмма Свон
Принцесса Амбера, жена Корвина
Пит замирает, чувствую как по его телу пробегает дрожь и он отстраняется от меня. Ощущаю влагу на ногах, непонимающе смотрю, как Пит садится на край кровати, он тяжело дышит. Придвигаюсь к Питу что бы обнять, но он отстраняется.
- Китнисс, я так больше не могу, - говорит Пит, одевает брюки и выходит из комнаты. Некоторое время я просто лежу на спине и смотрю в потолок. Я понимаю Пита, все дни после нашей свадьбы слились в один цветной хоровод событий. Днем на публике мы ни на минуту не расстаемся, демонстрируя всем нашу любовь и безграничное счастье, а по ночам продолжаем наш спектакль. Мы не долго задержались в президентском дворце, на следующий же день нас перевезли в уже ставший родным тренировочный центр, что бы мы не забывались и помнили, что мы всего лишь бывшие трибуты.
Хеймитч сказал, что в комнате Пита, я решила перебраться к напарнику, моя комната навевает слишком страшные воспоминания, камер слежения скорее всего нет, но нам нельзя расслабляться, и лучше продолжить начатое лицедейство. Мне кажется, мы были убедительны и мне с каждым денем все сложнее сохранять трезвую голову ощущая близость Пита. Его поцелуи, прикосновения, приятно будоражат кровь, я не хочу отпускать его от себя. Были моменты, в которые я страстно хотела, что бы наш брак из фиктивного стал настоящим. Но всегда чувство того что за нами следят и ловят каждое движение, жест, слово, приводило меня в чувство. Да, в Капитолии все верят в нашу любовь, но для самой себя я должна быть честной. Я сказала Питу, что люблю его и в тот момент, я думала, что это правда. Пит Мелларк безгранично дорог мне, когда он прикасается ко мне, мое сердце начинает учащенно биться, голова идет кругом от тепла его губ, но я не уверена, что это любовь. Я вообще не знаю, что такое любовь к молодому человеку, я никогда не позволяла чувствам брать над собой верх, никогда до встречи с Питом Мелларком. В тот день, когда нашла одуванчик на школьном дворе и поймала на себе его взгляд. Пока я бежала домой за Прим я улыбалась думая о нем. Я боюсь чувств, которые не проявляла на протяжении долгих лет. Я всегда знала, что не выйду замуж и не буду заводить детей, но у Капитолия оказались свои планы. Я боюсь близко подпускать к себе людей, потому что могу их потерять.
Я пошла на Голодные Игры вместо сестры, потому что ее я точно люблю. На Играх я встретила Руту, сердце снова больно щемит от воспоминаний о маленькой отважной девочке. Её я потеряла, но обрела Пита. Мы с ним оба заложники обстоятельств, должны развлекать Капитолий, пока нам не найдется замена. Пит и только Пит, понимает почему по ночам мне снятся кошмары и только он может отогнать их прочь. Гейл был и остается моим лучшим другом, мы вместе пережили так много грустных и счастливых мгновений, но после моего возвращения Гейл перестал меня понимать. Наверное, он прав и мы должны бороться за свою свободу, а не стараться сохранить этот мир любой ценой. Но Гейла не было со мной на Арене и он не может понять, почему я не хочу больше смертей. Да, Гейла не было со мной на Арене, там был Пит. И мы выжили, выжили, не смотря ни на что. Теперь я жена Пита, и мы должны как-то с этим жить.
Надо найти Пита и поговорить с ним. Я должна понять, что происходит с напарником, и по возможности помочь ему. Мы должны помогать друг другу. Поднимаю с пола рубашку Пита и одеваю ее. Рубашка пахнет Питом, выдыхаю его запах, словно сам Пит обнимает меня за плечи, стыдливо улыбаюсь такой мысли, и застегиваюсь на все пуговицы. Сую ноги в мягкие, махровые тапочки и иду искать мужа. В столовой Пита нет, а значит, он может быть только на террасе наверху.
Он стоит, облокотившись на перила и смотрит на вечно сияющий город. Мне удается подойти беззвучно, даже участие в Играх не привило Питу осторожности.
- Привет, - говорю я и вижу как вздрагивает напарник от звука моего голоса. Он явно не ожидал, что я приду сюда. Подхожу ближе и тоже смотрю на огни Капитолия, - Как же они шумят.
- Они всегда шумят. Этот город никогда не спит, - Пит отворачивается от городских огней. Его взгляд теперь устремлен на оранжерею, - Тебе не надо было сюда приходить, сейчас еще холодно и ты можешь простудиться.
И в этом весь Пит, заботится обо мне, что бы я не простыла, а сам на таком ветру гуляет в одних брюках. Обнимаю его, что бы поделиться частицей тепла, его кожа ледяная, хочу провести рукой по его волосам, но Пит отстраняется, снова.
- Давай зайдем внутрь, ты совсем холодный, и тоже можешь заболеть, - беру Пита за руку и тяну за собой. Как я и предполагала внутри намного теплее, и шумнее, тут нас точно никто не услышит, и мы сможем нормально поговорить. Пит отходит от меня, и делает вид, что его заинтересовали растения, такое чувство, что ему неприятно дотрагиваться до меня. Я не понимаю откуда такая перемена в поведении Пита, все было отлично, до того, как мы начали наше ежевечернее представление, - Пит, что-то случилось?
- Нет, все хорошо, - его голос звучит все так же глухо, и он старательно избегает моего взгляда, - Просто захотелось подышать свежим воздухом. Надо было подумать.
- Подумать? Ты сказал, что не можешь так больше, прежде чем уйти. О чем ты? Что-то произошло, и я хочу знать, что именно. Помнишь, мы договорились, что не будем ничего скрывать друг от друга.
Пит снова тяжело вздыхает и отходит в самый дальний угол оранжереи, здесь шум от подвесок особенно силен, и это самое безопасное место, я следую за ним. Мы снова молчим, я вижу, что Питу сложно начать разговор и поэтому не тороплю его. Наконец он решается, поворачивается ко мне и начинает говорить.
- Понимаешь Китнисс, я так больше не могу. Весь этот фарс в котором мы участвуем. Не надо было соглашаться на эту свадьбу. С самого начала это была плохая идея.
- Да, не самая лучшая, но что мы могли сделать? Я думала, мы будем помогать друг другу и поддерживать. У тебя это хорошо получается. Без тебя я бы не справилась. Честно.
- Справилась, - говорит Пит и на его губах играет печальная улыбка, - Ты намного сильнее, чем кажешься. Ты со всем справишься. Не то что я.
- Скажи, наконец, что происходит, - не выдерживаю я. Он разговаривает со мной отреченным голосом, отводит глаза, не желая смотреть на меня, и говорит, что ничего не происходит, он от меня что-то скрывает и я должна знать, что именно. Я не видела Пита таким несчастным с того разговора в поезде, когда он узнал, что не все на Играх было правдой.
- Когда ты предложила пожениться, я не думал, что это будет так тяжело. Я не думал, что Сноу захочет наблюдать за нами. Китнисс, я понимаю, что ты не любишь меня. Не любишь, не надо говорить, что это не так, я знаю, не любишь. Я был дураком, когда поверил, в то что на Играх все было правдой, этого просто не может быть, - я хочу прервать его, сказать, что он ошибается, что он близкий и дорогой мой человек, но Пит пальцем прикасается к моим губам, не давая возможности говорить, - Ты ни в чем не виновата, ты спасла нас и я тебе безгранично благодарен. И не надо винить себя, в том что не испытываешь ко мне того, же что я испытываю к тебе, - Пит начинает ходить по оранжерее, размахивая руками, в его голубых глазах столько боли, - Все дело во мне, меня просто нельзя любить. Меня не смогла полюбить родная мать, не смогла и ты. Я никому не нужен.
Я больше не могу это слушать. Пит так спокойно говорит, о том что его мать к нему равнодушна, и понимает почему я не могу его полюбить. От его слов мне, слезы подступают к горлу, возможно про мать он прав, говорила, же она, что с Игр вернусь я, а не Пит, но я не она, я другая, это невыносимо слушать, а Пит живет с такими мыслями. Подхожу к напарнику и снова его обнимаю, он пытается вырваться, но я не сдаюсь.
- Ты не должен так говорить. Ты нужен мне, - обнимаю Пита, начинаю говорить, то что чувствую, что бы удержать его, - Ты нужен мне, раньше я не знала насколько. После того дня, когда ты поделился со мной хлебом, ты вернул мне надежду на лучшее, я наблюдала за тобой. Мне тоже хотелось заговорить, с тобой, сказать спасибо, но так и не решилась. А потом, я нашла тебя на Играх. Я знала, что не вернусь домой одна без тебя. Если бы ты погиб тогда, я навсегда бы осталась с тобой на Арене. Не смей говорить, что ты не нужен мне. Возможно, я вообще не умею любить, никого кроме Прим, но ты нужен мне и ты дорог мне. Пожалуйста, верь мне.
Я не знаю убедили ли Пита мои слова, он обнимает меня, крепко прижимает к себе, проводит рукой по голове. У нас обоих в последнее время проблемы с нервами.
- Я верю тебе. Я всегда буду верить тебе. Прости, за этот разговор, я не хотел, что бы ты видела меня в таком состоянии. Мне действительно сейчас не просто. На нас столько всего свалилось. И этот спектакль, - Пит отпускает меня, и снова начинает ходить из стороны в сторону, - Я не думал, что мне будет настолько тяжело. Каждый раз, когда мы ложимся в кровать, когда я прикасаюсь к тебе, наши поцелуи, - Пит останавливается, тяжело дышит, на его щеках проступает румянец смущения, я вижу как не просто ему говорить о таком, но Пит продолжает, - Каждый раз я боюсь что не смогу остановиться, и я не хочу останавливаться. И это с каждым разом становится все более и более невыносимо. Сегодня я едва сдержался. Поэтому и ушел, я не мог больше находиться рядом с тобой.
- Я тебя понимаю, - я действительно понимаю о чем говорит Пит, вытираю лицо рукавом рубашки, и беру Пита за руку, мои щеки пылают от того, что я собираюсь предложить, голос предательски не слушается, - Можем не ждать возвращения домой. Я про свое обещание.
- Нет, не можем. Свадьба у нас не настоящая, и я не имею права от тебя большего требовать. Если когда-нибудь наш брак станет настоящим, я хочу хотя бы надеяться, что ты по-настоящему захотела стать моей. По-другому я не согласен.
- Но Пит, я действительно хочу, - он опять не дает мне сказать.
- Нет, не хочешь. Даже если тебе так кажется, - Пит подходит ко мне обнимет, нежно целует в лоб, - Тебе просто так кажется, а я так не хочу. Не хочу пользоваться своим положением твоего мужу, - лицо Пита болезненно дергается, когда он произносит это слово, видя это выражение боли на лице Пита, я осознаю, насколько тяжело ему дается наш брак. Пит любит меня по-настоящему, и он до сих пор надеется, что я смогу его полюбить, но при этом он не верит моим словам, слишком много я его раньше обманывала. Наша притворная близость дается ему труднее чем мне, если верить словам Пита, то сегодня он чуть не сорвался, и ушел, но я снова появилась, и напомнила про свое обещание, и начала предлагать себя. Мне становится невероятно стыдно, за то что не смогла понять Пита.
- Прости меня, я не думала, что тебе так тяжело, - я надеюсь, что мой голос звучит убедительно и Пит поймет, что я говорю искренне, - Обещаю, что больше не буду тебе напоминать про то что тогда сболтнула.
- Да, нет, же можешь напоминать, если захочешь, - напарник улыбается мне и подмигивает, Пит смог справиться с собой и снова способен шутить, улыбаюсь ему в ответ, но следующая фраза Пита, стирает улыбку с моего лица, - Китнисс, ты совершенно свободна в своем выборе, ты можешь быть с кем захочешь, если по возвращении домой ты решить остаться с Гейлом, или с кем-то другим, я не буду против. Мы придумаем, как решить эту проблему, я буду рад если вы, ты будешь счастлива.
- Как ты можешь такое говорить? – восклицаю я, - Мы поженились по приказу, но это не значит, что я пойду на такое. Я попрощалась с Гейлом, когда села в поезд и мы вернулись в Капитолий. Как ты можешь даже предлагать мне такое!
- Не думал, что тебя обидят мои слова. Я просто хотел, что бы ты знала, что ничем не связана, что ты можешь жить так как захочешь ты и только ты.
- И все потому что ты любишь меня?
- Да, потому что люблю.
- Я знаю, - подхожу и все же обнимаю Пита, чувствую, как он весь дрожит. Мое сердце переполняется от нежности к Питу. Я никогда не приму его предложение, и думаю, со временем Пит поверит в мою искренность. Пит замерз, и надо уводить его в комнату, сильнее прижимаюсь к напарнику и говорю, - Наверное, когда мы вернемся домой все измениться. Пойдем, уже поздно, сегодня можно будет просто поспать, завтра у нас и так будет помятый вид. Нам осталось продержаться здесь всего один день. Мы справимся, ведь ты со мной.
- Справимся как всегда. Знаешь, я даже соскучился по нашим кошмарам, - я так рада, что мы с Питом обо всем поговорили и все выяснили. Нам предстоит целая жизнь вместе, и я надеюсь, что со временем я разберусь в своих чувствах. Мы выходим на крышу, город продолжает переливаться миллионами огней. Пит останавливается у выхода с крыши, - Можно тебя поцеловать?
- Ну конечно, - отвечаю я и первая целую Пита, - Никогда больше не смей говорить, что ты мне не нужен. Обещаю, что не буду приставать к тебе сегодня ночью, - выпаливаю, шальную мысль пришедшую в голову, Пит беспечно смеется. Как хорошо, Пит высказался, и больше ничего не держит в себе, и мы снова можем свободно и легко говорить друг с другом.