Эмма Свон
Принцесса Амбера, жена Корвина
- Китнисс!!! – это мерзкое шипение издают мои губы, я хочу остановиться, но не могу, бьюсь головой о стену, что бы прекратить это, но все равно продолжаю шептать - Китнисссс!!!!
Я хочу перестать шептать ее имя, но мое тело мне больше не подчиняется. Зажимаю рот руками, прокусываю руки до крови. Она садиться на корточки рядом, пытается заглянуть мне в глаза. В ее глазах я вижу ужас, страх, боль, и решительность. Она произносит мое имя, вздрагиваю от звука ее голоса. Прикосновение ее руки вызывает ужас, страх, тоску и печаль, но я не хочу что бы она убирала руку. Я помню тепло ее прикосновения, они пытались убедить меня, в том что она чудовище, но я помню ее совсем другой. Китнисс отводит мои руки от лица, теплая струйка крови стекает по моему подбородку, она вздрагивает видя это. Ее шея совсем рядом со мной, одно движение и Сойка замолчит навсегда, навсегда прекращая мои мучения. Едва сдерживаюсь что бы не набросится на нее.
- Пит? – она снова зовет меня. Крепко сжимаю кулаки, что бы не сорваться, и она это чувствует. Вижу как напрягся Гейл, он готов в любой момент выполнить свое обещание, защитить Китнисс и убить меня. Телевизионщики наблюдают за нами и наверное думают не пора ли доставать свои чертовы камеры и снимать финал опостылевшей всем истории любви. Она сильнее сжимает мои руки, пытаясь удержать и я уже вижу как навсегда закатываются ее глаза, как хрустит ее шея, ломаясь в моих руках.
- Оставьте меня, - шепчу я из последних сил. Но она никуда не уходит, даже пытается улыбнуться. Зачем она это делает? Зачем продолжает оставаться рядом? Она ведь понимает, о чем я мечтаю, - Я не могу идти дальше.
- Нет можешь, - кричит она. О как я хочу что бы она кричала, когда я буду убивать ее. Трясу головой, что бы отогнать это видение. У меня почти получилось, но она слишком близко, я чувствую ее запах, ее пьянящий запах, пробуждающий у меня только одно желание – убивать. Я становлюсь переродком, как те чудовища, от которых мы бежали, как та что держит меня за руки, как та что я раньше любил, как ты что я кажется еще люблю.
— Я теряю контроль. Я сойду с ума, как и они.
Упоминание о переродках действуют на нее. Китнисс начинает дрожать, но все еще держит меня за руки. Она даже приближается ко мне, ну же давай еще чуть-чуть и я достану до твоей шеи. Поднимаю глаза и вижу стрелу Гейла нацеленную на меня. Ну что же, когда я завершу свое деяние, он убьет меня, так и должно быть. Чудовища такие как она и я не должны существовать. Она наклоняется ко мне, расстояние до последнего рывка сокращается, еще мгновение и все будет кончено. Чувствую ее дыхание, я готов убить этого переродка, она целует меня. Прикосновение ее губ, обжигает как огонь, дергаюсь, что бы прекратить эту сладостную пытку, я хочу вырваться из плена ее губ. Все это уже было, она столько раз целовала меня и притворялась, она всегда играла со мной, играла моими чувствами, все только ради того что бы выжить самой. Вот и сейчас она целует меня только потому, что знает как сильно я хочу убить ее. Проклятый переродок, ты не обманешь меня снова. Воздуха не хватает, я пытаюсь дышать, но ощущаю только прикосновение ее горячих губ. Я хочу что бы это продолжалось вечно, я не хочу терять тебя. Твои нежные ладошки ловят мои запястья, за мгновение до того как я был готов сомкнуть их на твоей хрупкой шее.
— Не дай ему разлучить нас, - твой голос дрожит, на ресницах застыли слезинки. Ты настоящая ты, совсем рядом, так близко, что я не могу в это поверить. Столько раз я видел тебя во сне, но это было только сном. Я так хочу что бы это было на самом деле, что бы это была настоящая ты. В ореоле огня ты выкрикиваешь проклятия, притворяешься, говоря о любви, яркие вспышки, взрывы, боль, страх, они всегда следуют за тобой Огненная Китнисс. Блеск, блеск, блеск, все очертания предметов блестят как стеклышки на ярком свете, это блеск больно режет глаза. Закрываю глаза, что бы спастись от этого, через мгновение, кажущееся вечностью открываю их и вижу все в другом свете.
Ты склоняешься надо мной, воздух удушливо жаркий, розовое небо проглядывает сквозь зелень деревьев, ты рыдаешь от счастья потому что я остался жив. Ты целуешь меня, чувствую на губах соленый привкус твоих слез. Мы с тобой в пещере, ты лежишь свернувшись в луже крови. Глубокая рана у тебя на голове, ты снова обманула меня, и убежала, на Пир, за лекарством, потому что хотела спасти. Я бегу на твой крик по длинному коридору, что бы защитить от кошмаров. Ты выкидываешь лук, когда я предлагаю тебе убить меня. Становится тяжело дышать. Что-то больно щемит в груди, воздуха не хватает. Я снова вижу уничтоженный дом и слышу слова Сноу о том, что это сделала ты, но я не хочу в это верить, я не буду в это верить.
День, ночь, каждую минуту, каждое мгновение я живу ради того что бы ты была, ради того что бы ты жила, что бы ты снова пела песни, от которых замолкают птицы. Ты и только ты наполняешь мою жизнь смыслом. Я не могу снова потерять тебя, я не хочу жить без тебя. Все без тебя теряет смысл
— Нет. Не хочу... – только и могу прошептать я. Мои руки дергаются, и я боюсь, что снова не смогу себя сдержать, что снова захочу причинить тебе вред. Сталь наручников больно вонзается мне в руки, ты сильнее сжимаешь мою руку, поддерживая, зовя к себе.
— Будь со мной, - шепчешь ты.
Я не хотел верить всему что говорили про Китнисс, не хотел верить в то что она может совершить все те чудовищные поступки, она всегда казалась доброй и искренней, но только не со мной. На Играх она притворялась, на первых так удачно, что я поверил в ее любовь и на вторых, когда целовала меня на пляже, я думал что нужен ей, но как всегда ошибался. Она может любить только себя.
Китнисс. Черные ягоды на смуглой ладони, способные убить любого за одно мгновение, ты подносишь их к губам, потому что не хочешь потерять меня. Шум прибоя, тепло твоих губ, прикосновение рук, и шепот о том, что я нужен тебе. Я не должен был отпускать тебя одну, с Джоанной, мы не должны были расставаться. Я не должен был отпускать тебя, не должен был оставлять. Ты. Ты. И лишь в тебе я вижу мир, каков он есть. Ты просишь меня вернуться, быть с тобой. Я буду с тобой.
— Всегда.